«Моя история — каково быть геем и лесбиянкой в Одессе»

«Моя история — каково быть геем и лесбиянкой в Одессе»

В течение уже 4 лет в Одессе проводят ЛГБТ-фестивали, марши и флешмобы. Правозащитные акции направлены на то, чтобы сделать представителей сообщества видимыми. Чего хочется участникам сообщества, чем они живут? Насколько толерантно к ним относятся в нашем городе? Легко ли им признаться в своей ориентации и найти партнёра?

Об этом журналистка Zachem поговорила с Игорем и Василисой. Им по 20 лет, они друзья со школьных времён, родились и выросли в Одессе, с отличием закончили лицей и гимназию. Оба активно участвуют в жизни ЛГБТ-сообщества, ходят на правозащитные акции, состоят в гражданских организациях. Оба уже совершили каминг-аут (прим. ред.: каминг-аут — процесс открытого и добровольного признания человеком своей принадлежности к сексуальному или гендерному меньшинству).

Как поняли, что вас не интересуют лица противоположного пола?

Игорь: На самом деле все началось ещё в глубоком детстве. Был забавный случай. Когда мне было лет шесть, я подошёл к маме и сказал, что мне очень понравился мужчина, занимавшийся на турниках на детской площадке. Мама сказала, что я могу подойти и сказать ему об этом. Я подошёл и выдал: «Привет, я люблю тебя!». Было очень неловко, но все хорошо закончилось.

Долгое время я не понимал, что я гей. Лет в 12 уже пришло осознание, что мне нравятся парни.

Несмотря на это первым делом попробовал строить отношения с девочками. Начал встречаться со своей подругой, но эти отношения закончились тем, что я начал понимать, что это не моё. Тогда я узнал, где можно познакомиться с парнем.

Василиса: Неосознанно мне нравились девочки всегда. Впервые мне понравилась девочка, когда я занималась каратэ. В группе была красивая девочка, я всюду бегала за ней хвостиком. Но и тогда я не понимала, что это — не дружеская симпатия. Мне казалось, что такие чувства испытывают все люди к лицам своего пола и не обращала на это особого внимания.

В 14 я встретила девушку, начала к ней испытывать странные и непонятные для меня чувства и думала, что то, что она сильно мне нравится, это плохо и неправильно. Но мне очень хотелось говорить ей, что люблю её, ухаживать за ней и проводить время вместе. Мальчики не привлекали никогда. Я могла оценить их с эстетической точки зрения, сказать, что вот этот, например, красивый. Но так, чтобы были какие-то чувства, симпатия — такого не было.


 


Знают ли ваши близкие о вашей ориентации, что думают об этом? Легко ли было поговорить об этом с родителями, например?
Игорь: Поговорить было очень нелегко. Знают, да. Первый человек, с которым я смог поделиться — младший брат. Я рассказал ему после Нового года. Подумал, что хочу начать год именно так. Через время рассказал тёте. Она живёт в Лондоне и как раз приезжала тогда. С ней было очень легко поговорить, она принимала и понимала все. Потом она рассказала своим детям, и тоже никаких проблем не возникло. Потом перед отъездом на учёбу в другой город я подумал, что нужно сказать и маме. Целый год оттягивал. Мама сама начала этот разговор, спросила, не собираюсь ли я заводить девочку. Тогда пришлось раскрыться. Сперва ей было сложно с этим смириться, как и любому человеку старой закалки. Пыталась убедить меня, что мне стоит передумать. Пришлось рассказывать, что это не такие вещи, которые можно выбрать или в которых можно передумать. Быть геем — нормально, и мы не делаем ничего страшного и живём такой же жизнью как и все.
Спустя время она приняла меня. Теперь может сама предложить пойти в гей-клуб, подружилась с коллегой, который тоже оказался геем. Папе никогда ничего не говорил, но он все знает и ничего не имеет против. Даже бабушка знает!
Теперь мама считает, что если родители ребёнка любят, то примут его, каким бы он ни был.

Василиса: Первый человек, которому рассказала, был мой двоюродный брат. Так получилось, что мы признались друг другу одновременно, он — гей. Второй была тётя, удивительно, но она сама начала разговор об этом. Мы откровенно поговорили о моей первой влюблённости.
Тёте брат признался, когда был учеником 10 класса. Долгое время она не могла принять его, но спустя года два привыкла. Родителям открыто никогда не говорила. Мать случайно узнала, когда листала фотоотчеты с «ОдессаПрайд 2017». Когда ей всё-таки удалось найти меня на фото, она решила со мной «серьёзно поговорить». Забросала меня обвинениями, что ей стыдно за меня, что ни за что не примет меня такой. Так меня лишили карманных денег на месяц, с надеждой, что я одумаюсь, видимо. Но ориентация — действительно то, что выбрать нельзя.


 

 

С какими случаями дискриминации сталкивались? Как с ними боролись?
Игорь: Никаких таких случаев со мной не было, но на одного моего друга нападали. Дело было как раз в Одессе. Друга и его парня побили на выходе из гей-клуба. Ему сломали руку — он поехал в больницу, там поставили железную пластинку. Теперь эта пластинка пищит при проверке металлоискателем, что стало любимым развлечением в аэропортах. А привлечь нападавших к уголовной ответственности не удалось.

Василиса: Со мной ничего страшного не случалось. Такого, чтобы я сказала кому-то о том, что лесбиянка, а кто-то бы меня обматерил или избил — не бывало. Только один раз, когда поцеловала руку своей девушки на улице, к нам пристал бездомный, начал расспрашивать, не лесбиянки ли мы часом. Но все закончилось мирно.

 

Насколько украинцы и одесситы толерантно относятся?

Игорь: И в Одессе и в Киеве, где я учусь, относятся достаточно толерантно. Могут косо посмотреть, но не более.
Хотя, безусловно, мне просто везёт. В СМИ регулярно появляются новости о том, что кого-то из ЛГБТ-сообщества избили на улице. Так недавно киевские геи попали под горячую руку за то, что пили «не пацанский» напиток — вино — на улице.

Василиса: Да, в Одессе достаточно толерантный народ. Стычки бывают только во время правозащитных мероприятий, вроде прайда. Обычно конфликты провоцируют праворадикалы или члены религиозных общин, но особо агрессивных и среди них не много.

 

Говорите ли об этом открыто в коллективах?

Василиса: Открыто в коллективах не заявляю об этом, зачем? В гимназии знали только два одноклассника. От них я узнала, что остальные шушукаются, расспрашивают про меня за спиной, не «такая» ли я часом. В университете тоже знает только одногруппница, но она принимает и понимает, она тоже лесбиянка.
ИгорьВ лицее ничего не знали. Думали, что мы с Василисой встречаемся, это было удобно, так не задавали лишних вопросов и не беспокоили. В университете узнали пару человек, а через время всем разболтали и теперь знают все.

 

 


Можете ли Вы себе позволить, например, взять за руку партнёра на улице? Или за этим следует негативная реакция?

Игорь: Сначала для меня это было чем-то невозможным. Потом я познакомился с парнем, который довольно легко к этому относился, брал меня за руку на улице, мог поцеловать. Его абсолютная уверенность как-то передалась и мне и теперь легче ко всему этому отношусь. Поначалу очень смущало, как смотрят прохожие, потом просто перестал обращать на это внимание. Гетеросексуальным парам за проявления чувств на улице достаётся так же: пялятся, цокают. Ничего более не было.

Василиса: Да, нет проблем в том, чтобы пройтись даже по центру города за руку, чмокнуть в щеку. Никаких неприятных инцидентов, кроме того, который уже упоминала, не было. Но это — единичный случай.

 

Легко ли вам найти пару? Где знакомитесь?

Игорь: Есть перечень интернет-приложений (в том числе Grindr, Hornet, Tinder). Там можно найти бисексуальных и гомосексуальных мужчин, так сказать — наверняка. Но по таким приложениям и гей-сайтам могут выследить и избить, потому нужно быть осторожным. Специальные клубы есть в каждом крупном городе, в том числе в Одессе. Да и, знаете, если знакомиться на улице, работает что-то вроде радара, можно безошибочно по взгляду, походке и прочему определить нужного человека.

Василиса: Да, приложения есть, но специальных для бисексуальных женщин и лесбиянок намного меньше, а некоторые из них платные, из-за чего собирают небольшую аудиторию. Да и не все могут себе это позволить. В русскоязычной среде вообще таких нет, зато есть возможность пользоваться общими, выбрав необходимые настройки. Знакомиться на улице мне не нравится, да и это не самый действенный способ: ошибиться всё-таки легко, а это очень неловко.

 

Были ли какие-нибудь неловкие ситуации? Например, если с вами пытались познакомиться люди противоположного пола?
Игорь: Редко, на самом деле. Так недавно долго заглядывались на меня девушки в баре, сидели компанией, шушукались. Одна решила подойти, но я просто сказал ей: «Извини, но у меня есть парень». Безусловно, не уверен, что она поняла, что я не шучу.

Василиса: Да, бывало. Тоже не так давно со мной познакомился парень. Часто звал гулять, старался понравиться, много шутил, в какой-то момент это стало довольно навязчивым, а объясниться я не смогла. Пришлось начать игнорировать. Он явно грустил по этому поводу, думал, что сделал что-то не так или просто не понравился. Надеюсь, когда-нибудь мы поговорим об этом, не хочу, чтобы обижался.

 

Как планируете решать вопрос с семьёй, задумывались ли об оформлении брака, детях?

Игорь: В любом случае не планирую этим заниматься в Украине, нет никаких условий. Можно уехать, например, в Швейцарию, где можно оформить брак и усыновить ребёнка. Есть знакомые в Киеве, которые живут вместе по три года, то есть это реально и тут.

Василиса: Если без детей, то можно остаться в Украине. Но, безусловно, хочется иметь возможность оформить если не брак, то хотя бы партнёрство. Это позволило бы легче решать медицинские и юридические вопросы, в том числе свободно навещать своего партнёра в больнице и получать наследство. Это очень важные права, которые сейчас для нас в Украине недоступны.


  

 


Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

КОММЕНТИРОВАТЬ
курс валют в Киеве сегодня
banker.ua


ФОТО / ВИДЕО
Загрузка...


Топ публикации
TOP