Ипохондрия и клептомания

Ипохондрия и клептомания

Высмотрел я на задней стенке горла белую точку. Понятно, что рак, у меня постоянно рак. Но всё-таки для уверенности надо съездить в поликлинику.

Захожу к участковой. А она, терапевт, странная – руки всегда грязные, зубы плохие и пьяная. Ну не совсем аж вообще, но навеселе.

Понимаю – всухую грустно слушать жалобы старушек, ипохондриков и старушек-ипохондриков.

– Ну что там у тебя?

В её вопросе ирония. Мол, опять рак – знаем-знаем.

Я подтвердил её подозрения, врач поулыбалась, посмотрела мне в рот и сказала:

 – Мне бы твои проблемы.

И ручкой «антиморщин» записала что-то в карточку. Я ждал. Терапевт протянула направление.

– Всё, можешь идти. В четверг утром придёшь анализ крови сдавать. Проверим на рак.

И снова насмешливо улыбнулась.

Когда открыл дверь, участковая догнала меня на выходе.

– И не забывай – красавицы тоже срут. Они тоже люди. До свидания.

– До свидания…

Давно заметил: все врачи немножечко извращенцы. Так, совсем капельку.

А медицина – это лес. Тёмный лес.

Ну больные тоже не ангелы. И я не ангел – всё это про участковую я придумал, пока она по телефону с кем-то говорила.

А вот нехуй болтать, когда больные от рака умирают.

 Но подождите, это еще не конец. Потому что ведь врач это такой человек, к которому ты не можешь прийти только один раз. И на этот раз придумывать уже ничего было не надо. Всё правда. Хотя знаю, что доверять мне после этого уже нет оснований.

 

Знаете, поликлиника – странное место, парастранное. Заходишь – и типа в бассейн с жидким абсурдом погрузился. И плаваешь. Плавать для остеохондроза полезно.

Интернет, кстати, тоже типа бассейн. Вот только больных в нём плавает побольше, чем в поликлинике.

А с другой стороны – весь трип (не путать с триппером), включая маршрутку, регистратуру, талончики, look больных, орнаменты коридоров, печаль ожидания, горловое «аааа» при осмотре тонзиллита, стимпанк рентгенкабинета и прочие укольчики жестокой медицинской реальности вводят под кожу типа прививочку. Чтоб хоть на полгода запомнил: существуют и другие дивные миры, кроме твоего. А как только задумался – существуют ли – выход в открытый поликлинический космос опять доказывает, что существуют. Справедливости нет, поликлиника есть. Очевидное невероятное.

Как обычно, участковая мне улыбалась.

Поделись улыбкою своей – и больной к тебе не раз ещё вернётся.

Не знаю, может, им с медсестрой смешно ипохондриков наблюдать. Неважно.

Короче, участковая не могла найти мою карточку. У неё там бардак, целая гора бумажной медхрени. Она стала ту хрень перебирать и карточки чуть не рассыпались. Попросила помочь.

– Придержи вот с этой стороны, а я поищу.

– Да, конечно.

В поле зрения попали буквы. На обложке самой верхней карточки из стопки, которую придерживал, я прочёл:

 

Такаято Ирина Васильевна

1931 г.рождения

Умерла

 

И вдобавок – будто для тех, кто не доверяет точности диагноза, для тех, кто не memento mori, для тех, кто не Dead Can Dance – вся обложка перечёркнута большим красным иксом.

Чтоб типа не вчитываться, а сразу видеть, что всё, кранты, хана. Сливай воду, кондратий, это реальный дэдлайн.

Короче, нашли мы мою карточку, очередной страшный диагноз вписали и…

Нет, не успели вписать – участковую с медсестрой куда-то срочно вызвали. Курить или полтишок на поликлиническом корпоративе бахнуть, не знаю. Параполтишок.

И остался я, о боже, один в кабинете. Один среди всех этих карточек, бланков, железных палочек для горла и плакатов с рекламой симпатичных таблеток.

Обычная медицинская комната страха. Медстрах, госстрах, докторхаусстрах. Уже не первый раз такое. «Один в кабинете-2».

Знаете, это, видно, что-то глубинное, детско-юношеское, порыв какой-то, но как только остался один, я обвёл всю ту казёнщину взглядом и подумал, почти вслух:

– А что, если спиздить карточку Ирины Васильевны?

Ну не смог я не подумать в таком ключе о карточке Ирины Васильевны Такойто. Ипохондрия с клептоманией – это как ангина с тонзиллитом. Болезни одного органа.

– Нет, – подумал я, – все-таки воровать в комнатах страха как-то нехорошо. Стрёмно.

И да, то есть нет, мёртвую карточку украсть я всё-таки не осмелился. Что я – Чичиков, что ли? Нихера не Чичиков.

Хотя сувенир, конечно, лютый. Это тебе не ручка с рекламой «антиморщина» и не магнитик «Кончай жрать».

Кто в поликлинику ходил, тот на похоронах не плачет.




Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Грязные головы

  • 17 фев, 12:25

Песнь волка

  • 23 мар, 15:55

Три точки

  • 09 июн, 14:10
КОММЕНТИРОВАТЬ

События Одесса, Одесса события, Литература, Арт, История, Кино, Мнение, Музыка, Театр, Интервью, Переселенцы Одесса, Афиша Одесса, Репортаж с места событий Одесса, Новости Одессы, одесские новости

курс валют в Киеве сегодня
banker.ua


ФОТО / ВИДЕО

Загрузка...

Топ публикации
TOP